Куры

"пломбированный вагон" список пассажиров. Верная дорога Ленина

Со своей стороны противники версии «немецкого золота» указывают, что Парвус не был посредником в переговорах о проезде российских политэмигрантов через Германию, а от посредничества Карла Моора и Роберта Гримма, вполне обоснованно заподозрив в них германских агентов, эмигранты отказались, предоставив вести переговоры Фрицу Платтену . Когда же в Стокгольме Парвус попытался встретиться с Лениным, тот категорически отказался от этой встречи . Далее, по их мнению, никаких политических обязательств, эмигранты, проехавшие через Германию, на себя не брали, кроме одного - агитировать за пропуск в Германию из России интернированных немцев, равных по числу проехавших через Германию эмигрантов. И инициатива в этом обязательстве исходила от самих политэмигрантов, поскольку Ленин категорически отказывался ехать просто по разрешению берлинского правительства .

Кроме того, сторонники версии «немецкого золота» тенденциозно нарушают хронологию событий, на что указывает, в частности Геннадий Соболев : забывают упомянуть о том, что идея проезда через Германию принадлежала Парвусу, а никак не связанному с ним Ю. О. Мартову , была высказана на собрании эмигрантов в Берне в то время, когда Парвус ещё не задумывался над тем, какие проблемы с получением виз в странах Антанты могут возникнуть у противников войны. Забывают упомянуть и о том, что эмигранты с самого начала стремились действовать открыто и легально - через Комитет по возвращению русских эмигрантов на родину (этот Комитет вообще не упоминается) .

Другой довод - традиционное замалчивание сторонниками версии того факта, что пломбированный вагон, в котором вернулась в Россию группа эмигрантов во главе с Лениным, не был единственным. В мае 1917 г. тем же путём проследовала значительная группа меньшевиков-интернационалистов, эсеров и нефракционных социал-демократов во главе с Ю. О. Мартовым, Павлом Аксельродом и Анатолием Луначарским (в то время ещё не большевиком). Отказавшись поначалу ехать через Германию без официального разрешения Петроградского совета , застрявшие в Швейцарии эмигранты, в итоге выбрали именно этот путь - за отсутствием иного, как утверждали они в своих телеграммах Петроградскому совету. В переписке эмигрантов фигурирует «чёрный список наиболее опасных пацифистов» , для которых проезд через страны Антанты был закрыт. В нём значились не только соредакторы большевистского «Социал-демократа», Ленин и Зиновьев, но и все бывшие сотрудники газеты «Наше слово» во главе с Троцким и Мартовым. Первым «звонком» стал арест в Великобритании умеренного интернационалиста, лидера эсеров Виктора Чернова , - собственно, его арест и побудил Ленина принять предложение Платтена. По требованию Временного правительства, на которое давил Петроградский совет, Чернов был скоро освобождён; но за этим последовал арест Льва Троцкого английскими властями в Канаде , и ждать его освобождения из английского концлагеря пришлось намного дольше .

Не добившись официального разрешения Петроградского совета и ощутив себя «нежелательными эмигрантами», меньшевики и эсеры проехали через Германию без разрешения. И если сам факт проезда призван доказать связь с германским Генштабом, придётся признать, что с ним были также связаны и меньшевики, и эсеры.

Замалчивается и тот факт, что на обвинения в связях с германским Генштабом в годы Первой мировой войны вообще не скупились и никаких доказательств они не требовали . «Шпиономания» началась с первыми поражениями русской армии, и до 1917 года обвинения в измене и тайных сношениях с Германией предъявлялись членам императорской семьи и военным министрам; в 1917 году сторонники лозунга «война до победного конца» предъявляли подобные обвинения практически всем противникам войны (бывшим таковыми с самого 1914 года) . В частности, Николай Суханов , который всю войну провёл в России, свидетельствует:

Кроме большевиков, все сколько-нибудь заметные интернационалисты прямо или косвенно обвинялись в услужении немцам или в сношениях с германскими властями. Я лично стал излюбленной мишенью „Речи“ и назывался ею не иначе как с эпитетом: „любезный немецкому сердцу“ или „столь высоко ценимый немцами“. Чуть ли не ежедневно я стал получать письма из столицы, провинции и армии; в одних были увещания или издевательства, в других - вопросы: „Говори, сколько взял?“ США и через Германию проехать не мог при всем желании (в итоге Александру Керенскому пришлось отстранить от дела оскандалившегося прокурора).

Наконец, противники версии обвиняют своих оппонентов в некритическом и откровенно одностороннем подборе источников; в частности, сомнения вызывает и подлинность документов, которыми оперируют сторонники версии «немецкого золота», поскольку многие из них считаются фальшивками .

Кто, как и зачем в 1917 году переправил в Россию Ленина через воюющую Европу

Когда в России грянула революция, Ленин уже 9 лет жил в Швейцарии, в уютном Цюрихе. Крушение монархии застало его врасплох – всего за месяц до февраля на встрече со швейцарскими политическими деятелями левого толка он заявил, что вряд ли доживет до революции, и таковую «увидит уже молодежь». О происшедшем в Петрограде он узнал из газет и сразу засобирался в Россию.

Но как это сделать? Ведь Европа охвачена пламенем войны. Впрочем, сделать это оказалось не трудно – у немцев была серьезная заинтересованность в возвращении революционеров в Россию. Начальник штаба Восточного фронта генерал Макс Гофман впоследствии вспоминал: «Разложение, внесённое в русскую армию революцией, мы естественно стремились усилить средствами пропаганды. В тылу кому-то, поддерживавшему отношения с жившими в Швейцарии в ссылке русскими, пришла в голову мысль использовать некоторых из этих русских, чтобы ещё скорее уничтожить дух русской армии и отравить её ядом». По словам М. Гофмана, через депутата М. Эрцбергера этот «кто-то» сделал соответственное предложение министерству иностранных дел; в результате появился знаменитый «пломбированный вагон», доставивший Ленина и других эмигрантов через Германию в Россию.

Позднее стало известно имя инициатора: это был известный международный авантюрист Александр Парвус (Израиль Лазаревич Гельфанд), действовавший через германского посла в Копенгагене Ульриха фон Брокдорф-Ранцау.

По словам У. Брокдорфа-Ранцау, идея Парвуса нашла поддержку в МИДе у барона Гельмута фон Мальцана и у депутата рейхстага М. Эрцбергера, руководителя военной пропаганды. Они убедили канцлера Т. Бетман-Гольвега, который и предложил Ставке (то есть Вильгельму II, П. Гинденбургу и Э. Людендорфу) осуществить «гениальный манёвр». Эти сведения нашли подтверждение с опубликованием документов германского МИДа. В меморандуме, составленном по итогам бесед с Парвусом, Брокдорф-Ранцау писал: «Я считаю, что, с нашей точки зрения, предпочтительнее поддержать экстремистов, так как именно это быстрее всего приведёт к определённым результатам. Со всей вероятностью, месяца через три можно рассчитывать на то, что дезинтеграция достигнет стадии, когда мы сможем сломить Россию военной силой».

В результате канцлер уполномочил германского посла в Берне фон Ромберга войти в контакт с русскими эмигрантами и предложить им проезд в Россию через Германию. Одновременно МИД запросил у казначейства 3 млн марок на пропаганду в России, каковые и были выделены.

31 марта Ленин от имени партии телеграфирует швейцарскому социал-демократу Роберту Гримму, первоначально выступавшему посредником в переговорах между большевиками и немцами (затем эту роль стал играть Фридрих Платтен) решение «безоговорочно принять» предложение о проезде через Германию и «тотчас же организовать эту поездку». На следующий день Владимир Ильич требует от своего «кассира» Якуба Ганецкого (Якова Фюрстенбеерга) денег на поездку: «Выделите две тысячи, лучше три тысячи крон для нашей поездки».

Условия проезда были подписаны 4 апреля. В понедельник, 9 апреля 1917 года путешественники собрались в отеле «Церингер-Хоф» в Цюрихе с сумками и чемоданами, одеялами и продуктами. Ленин отправлялся в путь с Крупской, своей женой и соратницей. Но вместе с ними была также и Инесса Арманд, которую почитал Ильич. Однако тайна отъезда уже была раскрыта.

На вокзале в Цюрихе собралась группа российских эмигрантов, которая провожала Ленина и компанию гневными криками: «Предатели! Немецкие агенты!».

В ответ на это при отходе поезда его пассажиры исполнили хором «Интернационал», а потом и другие песни революционного репертуара.

На самом деле Ленин, конечно, никаким германским агентом не был. Он попросту цинично воспользовался заинтересованностью немцев в переправке революционеров в Россию. В этом их цели на тот момент совпадали: ослабить Россию и сокрушить царскую империю. С той только разницей, что Ленин потом собирался устроить революцию и в самой Германии.

Эмигранты выехали из Цюриха по направлению к германской границе и городку Готтмадинген, где их ожидали вагон и двое немецких офицеров-сопровождающих. Один из них, лейтенант фон Буринг, был остзейским немцем и говорил по-русски. Условия проезда по территории Германии выглядели следующим образом. Во-первых, полная экстерриториальность – ни при въезде во Второй Рейх, ни при выезде не должно быть никаких проверок документов, никаких штампов в паспортах, экстерриториальный вагон покидать запрещено. Также немецкие власти обещали никого не выводить из вагона силой (гарантия от возможного ареста).

Из четырех его дверей действительно опломбированы были три, одну, возле тамбура кондуктора, оставили открытой – через нее, под контролем немецких офицеров и Фридриха Платтена (он был посредником между эмигрантами и немцами), на станциях покупались свежие газеты и продукты у лоточников. Таким образом, легенда о полной изоляции пассажиров и глухой «опломбированности» преувеличивает. В коридоре вагона Ленин провел мелом черту – символическую границу экстерриториальности, отделявшую «немецкое» купе от всех остальных.

Из Засница эмигранты переправились на корабле «Королева Виктория» в Треллеборг, откуда приехали в Стокгольм, где их встретили журналисты. Ленин купил там себе приличное пальто и ставшую потом знаменитой кепку, которую ошибочно принимали за фуражку русского рабочего.

Из Стокгольма был тысячекилометровый перегон на север обычным пассажирский поездом – до станции Хапаранда на границе Швеции и Великого княжества Финляндского, все еще входящего в состав России. Границу пересекли на санях, где на русской станции Торнио ожидал поезд до Петрограда…

Ленин старался воздерживаться от всяких компрометирующих контактов; в Стокгольме он категорически отказался от встречи даже с Парвусом. Однако с Парвусом почти целый день провел Радек, ведя с ним переговоры с санкции Ленина. «Это была решающая и совершенно секретная встреча» – пишут в своей книге «Кредит на революцию. План Парвуса» Земан и Шарлау. Существуют предположения, что именно на ней было обговорено финансирование большевиков. При этом Ленин старался создать впечатление отсутствия денежных средств: он обращался за помощью, брал деньги у российского консула и т. д.; по возвращении даже предъявил расписки. Однако, по впечатлению шведских социал-демократов, прося о помощи, Ленин явно «переигрывал», так как шведы точно знали, что деньги у большевиков были. Парвус же после отъезда Ленина направился в Берлин и имел там продолжительную аудиенцию у статс-секретаря Циммермана.

Приехав в Россию, Ленин сразу же выступил со знаменитыми «Апрельскими тезисами», требуя перехода власти в руки Советов.

На следующий день после публикации «Тезисов» в «Правде», один из руководителей немецкой разведки в Стокгольме телеграфировал в МИД в Берлин: «Приезд Ленина в Россию успешен. Он работает совершенно так, как мы этого хотели бы».

Впоследствии генерал Людендорф писал в своих мемуарах: «Посылая Ленина в Россию, наше правительство принимало на себя особую ответственность. С военной точки зрения это предприятие было оправдано, Россию нужно было повалить». Что и было с успехом сделано.

Специально для «Столетия»

Статья опубликована в рамках социально значимого проекта «Россия и Революция. 1917 – 2017» с использованием средств государственной поддержки, выделенных в качестве гранта в соответствии с распоряжением Президента Российской Федерации от 08.12.2016 № 96/68-3 и на основании конкурса, проведённого Общероссийской общественной организацией «Российский союз ректоров».

"Пломбированный вагон"
Список пассажиров

Список взят из газет В. Бурцева «Общее дело» за 14.10.1917 и 16.10.1917.

Ленинский вагон
1.УЛЬЯНОВ, Владимир Ильич, род. 22 апреля 1870 г. Симбирск, (Ленин).
2.СУЛИШВИЛИ, Давид Сократович, род. 8 марта 1884 г. Сурам, Тифд. губ.
3.УЛЬЯНОВА, Надежда Константиновна, род. 14 февр. 1869 г. в Петрограде.
4.АРМАНД, Инеса Федоровна, род. в 1874 г. в Париже.
5.САФАРОВ, Георгий Иванович, род. 3 ноября 1891 г. в Петрограде
6.МОРТОЧКИНА, Валентина Сергеевна, род. 28 февраля 1891 г.
7.ХАРИТОНОВ, Моисей Мотьков, род. 17 февраля 1887 г. в Николаеве.
8.КОНСТАНТИНОВИЧ, Анна Евгениевна, род. 19 авг. 66 г. в Москве.
9.УСИЕВИЧ, Григорий Александрович, род. 6 сентября 90 г. в Чернигове.
10.КОН, Елена Феликсовна, род. 19 февраля 93 г. в Якутске.
11.РАВВИЧ, Сарра Наумовна, род. 1 августа 79 г. в Витебске.
12.ЦХАКАЯ, Михаил Григорьевич [Миха], род. 2 января 1865 г.
13.СКОВНО, Абрам Анчилович, род. 15 сентября 1888 г.
14.РАДОМЫСЛЬСКИЙ, [Г. Зиновьев], Овсей Гершен Аронович, 20 сентября 1882 г. в Елисаветграде.
15.РАДОМЫСЛЬСКАЯ, Злата Эвновна, род. 15 января 82 г.
16.РАДОМЫСЛЬСКИЙ, Стефан Овсеевич, род. 17 сентября 08 г.
17.РИВКИН, Залман Бэрк Осерович, род. 15 сентября 83 г. в Велиже.
18.СЛЮСАРЕВА, Надежда Михайловна, род. 25 сент. 86 г.
19.ГОБЕРМАН, Михаил Вульфович, род. 6 сент. 92 г. в Москве.
20.АБРАМОВИЧ, Мая Зеликов, род. 27 марта 81 г.
21.ЛИНДЕ, Иоган Арнольд Иоганович, род б сентября 88 г. в Гольдингене.
22.БРИЛЛИАНТ, [Сокольников], Григорий Яковлевич, род. 2 августа 88 г. в Ромнах,
23.МИРИНГОФ, Илья Давидович, род. 25 окт. 77 г. в Витебске.
24.МИРИНГОФ, Мария Ефимовна, род. 1 марта 86 г. в Витебске.
25.РОЗЕНБЛЮМ, Давид Мордухович, род. 9 августа 77 г. в Борисове.
26.ПЕЙНЕСОН, Семен Гершович, род. 18 декабря 87 г. в Риге.
27.ГРЕБЕЛЬСКАЯ, Фаня, род. 19 апреля 91 г. в Бердичеве.
28.ПОГОВСКАЯ, Буня Хемовна, род. 19 июля 89 г. в Рикинах (при ней — сын Рувим, род. 22 мая 13 г.)
29.АЙЗЕНБУНД, Меер Кивов, род. 21 мая 81 г. в Слуцке.

Российская социал-демократическая рабочая партия (РСДРП)
1.АКСЕЛЬРОД, Товия Лейзерович, с женой.
2.АПТЕКМАН, Иосиф Васильевич.
3.АСИАРИАНИ, Сосипатр Самсонович.
4.АВДЕЕВ, Иван Ананьевич, с женой и сыном.
5.БРОНШТЕЙН (Семковский), Семен Юльевич, с женой.
6.БЕЛЕНЬКИЙ, Захарий Давидович, с женой и ребёнком.
7.БОГРОВА, Валентина Леонидовна.
8.БРОНШТЕЙН, Роза Абрамовна.
9.БЕЛЕНЬКИЙ [А. Я.].
10.БАУГИДЗЕ, Самуил Григорьевич.
11.ВОЙКОВ, Петр Григорьевич [Лазаревич].
12.ВАНАДЗЕ, Александр Семенович.
13.ГИШВАЛИНЕР, Петр Иосифович.
14.ГОГИАШВИЛИ, Поликарп Давидович, с женой и ребёнком.
15.ГОХБЛИТ, Матвей Иосифович.
16.ГУДОВИЧ.
17.ГЕРОНИМУС, Иосиф Борисович.
18.ГЕРШТЕН.
19.ЖВИФ (Макар), Семен Моисееевич.
20.ДОБГОВИЦКИЙ, Захарие Лейбов.
21.ДОЛИДЗЕ, Соломон Яссеевич.
22.ИОФЕ, Давид Наумович, с женой.
23.КОГАН, Владимир Абрамович.
24.КОПЕЛЬМАН.
25.КОГАН, Израиль Иремиевич, с женой и ребёнком.
26.КРИСТИ, Михаил Петрович.
27.ЛЕВИНА.
28.ЛЕВИТМАН, Либа Берковна.
29.ЛЕВИН, Иохим Давидович.
30.ЛЮДВИНСКАЯ [Т. Ф.].
31.ЛЕБЕДЕВ (Полянский), Павел Иванович, с женой и ребёнком.
32.ЛУНАЧАРСКИЙ, Анатолий Васильевич.
33.МЕНДЕР (3. Орлов), Федор Иванович.
34.МГЕЛАДЗЕ, Власа Джарисманович.
35.МУНТЯН, Сергей Федорович, с женой.
36.МАНЕВИЧ, Абрам Эвель Израилевич, с женой.
37.МОВШОВИЧ, Моисей Соломонович, с женой и ребёнком.
38.МАНУИЛЬСКИЙ, Дмитрий Захарьевич с женой и 2 детьми.
39.НАЗАРЬЕВ, Михаил Федорович.
40.ОСТАШИНСКАЯ, Роза Гирш- Араповна.
41.ОРЖЕРОВСКИЙ, Марк с женой и ребёнком.
42.ПИКЕР (Мартынов), Семен Юльевич, с женой и ребёнком.
43.ПОВЕС (Астров), Исаак Сергеевич.
44.ПОЗИН, Владимир Иванович.
45.ПШИБОРОВСКИЙ, Стефан Владиславов.
46.ПЛАСТИНИН, Никанор Федорович, с женой и ребёнком.
47.РОХЛИН, Мордха Вульфович.
48.РАЙТМАН, с женой и ребёнком.
49.РАБИНОВИЧ, Скенрер Пиля Иосифовна.
50.РУЗЕР, Леонид Исаакович, с женой.
51.РЯЗАНОВ [Гольдендах], Давид Борисович, с женой.
52.РОЗЕНБЛЮМ, Герман Хаскелев.
53.СОКОЛИНСКАЯ, Гитля Лазаревна, с мужем.
54.СОКОЛЬНИКОВА, с ребёнком.
55.САГРЕДО, Николай Петрович, с женой.
56.СТРОЕВА.
57.САДОКАЯ, Иосиф Бежанович.
58.ТУРКИН, Михаил Павлович.
59.ПЕВЗАЯ, Виктор Васильевич.
60.ФИНКЕЛЬ, Моисей Адольфович.
61.ХАПЕРИЯ, Константин Ал.
62.ЦЕДЕРБАУМ (Мартов), Юлий Осипович.
63.ШЕЙКМАН, Аарон Лейбоаич.
64.ШИФРИН, Натан Калманович.
65.ЭРЕНБУРГ, Илья Лазаревич.

Всеобщий еврейский рабочий союз в Литве, Польше, России (БУНД)
1.АЛЬТЕР, Эстера Израилевна, с ребёнком.
2.БАРАК.
3.БОЛТИН, Лейзер Хаимович.
4.ВЕЙНБЕРГ, Маркус Арапович.
5.ГАЛЬПЕРИН.
6.ДРАНКИН, Вульф Меерович, с женой и ребёнком.
7.ДИМЕНТ, Лейзер Нахумович.
8.ДРЕЙЗЕНШТОК, Анна Мееровна.
9.ЗАНИН, Майром Менашеевич.
10.ИОФФЕ, Пинкус Иоселев.
11.ИДЕЛЬСОН, Марк Липманов.
12.КЛАВИР, Лев Соломонович.
13.КОНТОРСКИЙ, Сам. Сруль Давыдович.
14.ЛЮБИНСКИЙ, Мечислав Абрам Осипович, с женой и реб.
15.ЛЕВИТ (Геллерт-Левит), Эйдель Мееровна, с ребёнком.
16.ЛЮКСЕМБУРГ, Моисей Соломонович.
17.ЛИПНИН, Иуда Лейбов.
18.МЕЕРОВИЧ, Мовша Гилелев.
19.ЛЕРНЕР, Давид.
20.МАХЛИН, Тайва-Зейлик Зельманович.
21.ТУСЕНЕВ, Исаак Маркович.
22.РАКОВ, Моисей Ильич.
23.НАХИМЗОН, Меер Ицкович.
24.РЕЙН (Абрамович), Рафаил Абрамович, с женой и 2 детьми.
25.РОЗЕН, Хаим Иуда, с женой.
26.СКЕПТОР, Яков Лейвинов.
27.СЛОБОДСКИЙ, Валентин Осипович.
28.СВЕТИЦКИЙ, А. А.
29.ХЕФЕЛЬ, Абрам Яковлевич.
30.ПИКЛИС, Меер Бенционович.
31.ЦУКЕРШТЕЙН, Соломон Срулев с 2-мя детьми.
32.ШЕЙНИС, Исер Хаимович.
33.ШЕЙНБЕРГ.

Социал-демократия Королевства Польского и Литвы (СДКПиЛ)
1.ГОЛЬДБЛЮМ, Роза Маврикиевна.

Латышская социал-демократическая рабочая партия
1.УРБАН, Эрнс Иванович, с женой и ребёнком.
2.ШУСТЕР, Иван Германович, с женой и ребёнком.

Польская социалистическая партия (ППС)
1.КОН, Феликс Яковлевич, с дочерью и зятем.
2.ЛЕВИНЗОН (Лапинский), Меер Абрамович.
3.ШПАКОВСКИЙ, Ян Игнатий Александрович.

Партия социалистов-революционеров (эсеры)
1.ВЕСНШТЕЙН, Израиль Аронович.
2.ВИНОГРАДОВА, Елизавета Иевровна.
3.ГАВГОНСКИЙ, Димитрий Осипович.
4.КАЛЬЯН, Евгения Николаевна.
5.КЛЮШИН, Борис Израилевич, с женой.
6.ЛЕВИНЗОН, Меер Абрамович, с женой и ребёнком.
7.ЛУНКЕВИЧ, Зоя Павловна.
8.ДАХЛИН, Давид Григорьевич, с женой и ребёнком.
9.НАТАНСОН (Бобров), Марк Андреевич, с женой (В. И. Александрова).
10.БАЛЕЕВА (Урес), Мария Александровна, с ребёнком.
11.ПЕРЕЛЬ, Ревекка.
12.ПРОШЬЯН, Трон Першович.
13.РОЗЕНБЕРГ, Лев Иосифович с женой и 2-мя детьми.
14.УСТИНОВ (Безземельный), Алексей Михайлович.
15.УЛЬЯНОВ, Григорий Карлович.
16.ФРЕЙФЕЛЬД, Лев Владимирович, с женой и ребёнком.
17.ТЕНДЕЛЕВИЧ, Леонид Абрамович с женой и 2-мя детьми.

Анархисты-коммунисты
1.БУЦЕВИЧ, Александр Станиславович.
2.ВЬЮГИН, Яков с женой и 2 детьми.
3.ГИТЕРМАН, Абрам Моисеевич, с женой и ребёнком.
4.ГОЛЬДШТЕЙН, Абрам Борисович.
5.ЮСТИН, Давид.
6.ЛИПДИЦ, Ольга с ребёнком.
7.МАКСИМОВ (Ястржембский), Тимофей Феодорович.
8.МИЛЛЕР, Абрам Липович, с женой и 2-мя детьми.
9.РУБИНЧИК, Эфраим Абрам Аронов.
10.РИВКИН, Абрам Яковлев.
11.СЕГАЛОВ, Абрам Вульфович, с женой.
12.СКУТЕЛЬСКИЙ, Иосиф Исакович.
13.ТОЙБИСМАН, Ветя Израилевна.
14.ШМУЛЕВИЧ, Эстер Исааковна.

Еврейская социал-демократическая рабочая партия «Поалей цион» (ЕСДРП ПЦ)
1.ВОЛОВНИН, Аласса Овсеевна.
2.ДИНЕС, Ривка Хаимовна.
3.КАРА.

Сионистско-социалистическая рабочая партия (ССРП)
1.РОЗЕНБЕРГ, Лев Иосифович.

«Дикие» (заявили себя как не принадлежащих к какой-либо партии)
1.АВЕРБУХ, Шмуль Лейб Иосифович.
2.БАЛАБАНОВА, Анжелика Исааковна.
3.БРАГИНСКИЙ, Монус Осипович.
4.ГОНИОНДСКИЙ, Иосиф Абрамович.
5.КИММЕЛЬ, Иоган Вольдемар.
6.КАРАДЖАЙ, Георгий Артемьевич, с женой.
7.ЗИФЕЛЬД, Артур Рудольфович.
8.МАРАРАМ, Эля Эвельич.
9.МАКАРОВА, Ольга Михайловна.
10.МЕЙСНЕР, Иван, с женой и 2 детьми.
11.ОДОЕВСКИЙ (Северов), Афанасий Семенович.
12.ОКУДЖАВА, Владимир Степанович.
13.РАШКОВСКИЙ, Хаим Пинкусович.
14.СЛОБОДСКИЙ, Соломон Мордкович.
15.СОКОЛОВ, Павел Яковлевич.
16.СТУЧЕВСКИЙ, Павел Владимирович.
17.ТРОЯНОВСКИЙ, Константин Михайлович.
18.ШАПИРО, Марк Леопольдович.

9 апреля 1917 года В.И. Ленин (который тогда был известен под псевдонимом Н. Ленин) и его соратники по партии выехали из Швейцарии в Петроград.

Как известно приблизительно последние лет тридцать, чтобы вырвать у России верную победу в Первой мировой, Германия набрала в эмиграции толпу русскоязычных революционеров. Усадила их в секретный запечатанный вагон и отправила в Петербург. Вырвавшись на волю, снабжённые немецкими миллионами большевики совершили переворот и заключили «похабный мир».

Чтобы понять, насколько эта версия соответствует действительности - представим, что сегодняшний Запад отловит лучших российских оппозиционеров, от А. Навального до М. Касьянова, запечатает их, даст им много денег на интернет и отправит в Россию выступать. Рухнет ли от этого власть? Да, кстати, все эти граждане уже в России, и с деньгами у них вроде как всё отлично.

Штука вся в том, что объяснимая историческая неприязнь многих наших сограждан к В.И. Ленину не является оправданием безудержному фантазированию. Сегодня, когда мы отмечаем 99-ю годовщину отправления Ленина в Россию, об этом стоит поговорить.

Почему через Германию

С 1908 года Ленин находится в эмиграции. С самого начала Первой мировой войны он был решительным и публичным её противником. На момент отречения Николая II и Февральской революции - находился в Швейцарии. Россия в это время участвовала в войне: в союзе со странами Антанты против Четверного союза (Германия, Австро-Венгрия, Турция, Болгария).

Возможность выезда из Швейцарии для него была закрыта.

1. Через страны Антанты ехать нельзя - большевики требуют немедленного заключения мира, а потому считаются там нежелательными элементами;

2. В Германии же, в соответствии с законами военного времени, Ленин и его соратники могут быть интернированы как граждане враждебного государства.

Тем не менее, прорабатывались все маршруты. Так, фантастическая по логистике возможность проезда из Швейцарии через Англию безуспешно зондировалась И. Арманд. Франция отказала большевикам в выдаче паспортов. Более того, власти Англии и Франции по собственной инициативе, а также по просьбе Временного правительства задержали ряд российских социал-демократов: Л. Троцкий, например, около месяца провёл в британском концлагере. Поэтому после длительных дискуссий и сомнений был выбран единственно возможный маршрут: Германия - Швеция - Финляндия - Россия.

Часто возвращение Ленина в Россию связывают с авантюристом (и, предположительно, агентом немецкой разведки) Парвусом — на том основании, что именно он первым предложил немецким властям содействовать Ленину и прочим лидерам большевиков. После чего обычно забывают упомянуть, что от помощи Парвуса Ленин отказался - об этом свидетельствует его переписка с революционером Я. Ганецким, который и контактировал с Парвусом:

«...Берлинское разрешение для меня неприемлемо. Или швейцарское правительство получит вагон до Копенгагена, или русское договорится об обмене всех эмигрантов на интернированных немцев... Пользоваться услугами людей, имеющих касательство к издателю „Колокола“ (т.е. Парвусу - авт.) я, конечно, не могу».

Проезд в результате согласовали при посредничестве швейцарской социал-демократической партии.

Вагон

Тот самый вагон.

Байка об опломбированном вагоне прижилась с лёгкой руки У. Черчилля («...немцы ввезли Ленина в Россию в изолированном вагоне, как чумную бациллу»). На самом деле опломбированы были только 3 из 4 дверей вагона - чтобы сопровождавшие вагон офицеры могли контролировать соблюдение соглашения о проезде. В частности, право общения с немецкими властями по пути следования имел только швейцарский социал-демократ Ф. Платтен. Он же выступал посредником в переговорах между Лениным и руководством Германии - общения напрямую не было.

Условия проезда русских эмигрантов через Германию:

«1. Я, Фриц Платтен, сопровождаю за полной своей ответственностью и на свой риск вагон с политическими эмигрантами и беженцами, возвращающимися через Германию в Россию.

2. Сношения с германскими властями и чиновниками ведутся исключительно и только Платтеном. Без его разрешения никто не вправе входить в вагон.

3. За вагоном признаётся право экстерриториальности. Ни при въезде в Германию, ни при выезде из нее никакого контроля паспортов или пассажиров не должно производиться.

4. Пассажиры будут приняты в вагон независимо от их взглядов и отношений к вопросу о войне или мире.

5. Платтен берёт на себя снабжение пассажиров железнодорожными билетами по ценам нормального тарифа.

6. По возможности, проезд должен быть совершён без перерыва. Никто не должен ни по собственному желанию, ни по приказу покидать вагона. Никаких задержек в пути не должно быть без технической к тому необходимости.

7. Разрешение на проезд даётся на основе обмена на германских или австрийских военнопленных или интернированных в России.

8. Посредник и пассажиры принимают на себя обязательство персонально и в частном порядке добиваться у рабочего класса выполнения пункта 7-го.

9. Наивозможно скорое совершение переезда от Швейцарской границы к Шведской, насколько это технически выполнимо.

(Подписал) Фриц Платтен

Секретарь Швейцарской Социалистической Партии» .

Помимо Ленина, в Россию тем же маршрутом вернулись ещё более 200 человек: члены РСДРП (в т.ч. меньшевики), Бунда, эсеры, анархисты-коммунисты, беспартийные.

Надежда Крупская в своих изданных при советской власти воспоминаниях писала о «тайном списке пассажиров» без всякой секретности:

«…Ехали мы, Зиновьевы, Усиевичи, Инесса Арманд, Сафаровы, Ольга Равич, Абрамович из Шо-де-Фон, Гребельская, Харитонов, Линде, Розенблюм, Бойцов, Миха Цхакая, Мариенгофы, Сокольников. Под видом россиянина ехал Радек. Всего ехало 30 человек, если не считать четырёхлетнего сынишки бундовки, ехавшей с нами,— кудрявого Роберта. Сопровождал нас Фриц Платтен» .

Кто кого использовал

Характеристику участия в проезде немецких властей и немецкого же Генштаба дал Л. Троцкий: «...позволить группе русских революционеров проезд через Германию - это была "авантюра" Людендорфа, обусловленная тяжелым военным положением Германии. Ленин воспользовался расчётами Людендорфа, имея при этом свой расчёт. Людендорф говорил себе: Ленин опрокинет патриотов, а потом я задушу Ленина и его друзей. Ленин говорил себе: я проеду в вагоне Людендорфа, а за услугу расплачусь с ним по-своему».

«Расплатой Ленина» стала революция в самой Германии.

Деньги

Средства на оплату проезда поступили из разных источников: касса РСДРП (б), помощь швейцарских социал-демократов (в основном кредит). От предложенной немецкими агентами финансовой помощи Ленин отказался ещё раньше, чем от организационной, примерно 24-26 марта.

После возвращения в Россию Ленин выступил с Апрельскими тезисами (17 апреля, опубликованы 20-го, к концу апреля приняты партией большевиков в качестве программы), которые стали теоретическим обоснованием Октября.

Таким образом, мы видим простые факты:

Для «завоеваний Февральской революции» приезд Ленина действительно оказался фатальным;

Германскую империю он не спас;

Заключённый годом позже «похабный» Брестский мир Германию тоже не спас, а спас власть большевиков.

Что до России — то существует, конечно, точка зрения, что она была погублена большевиками полностью и совсем, и сейчас мы живём не в ней. Однако тем, кто продолжает упорно жить именно в России, такая точка зрения вряд ли интересна.

Пломбированный вагон - установившееся обозначение трёх поездов, в которых, следуя из Швейцарии через Германию в Россию в апреле 1917 года проехала большая группа революционеров-эмигрантов. В просторечье под пломбированным вагоном подразумевается только тот, в котором перемещался Ленин (первый поезд).

Вообще-то сказок о пломбированном вагоне уже столько, что их вполне можно было бы издать отдельной книгой. Конечно, необходимо сказать о том, что пломбированным-то вагон был чисто символически: задняя дверь свободно открывалась. Так что это просто фигуральное выражение. Но это выражение прижилось, так что не будем отступать от традиции.

У истории с пломбированными вагонами есть ряд аспектов и главный из них – получил ли В.И.Ленин вместе с правом проезда по территории воюющей с Россией Германии еще и немецкое золото для ведения подрывной работы в России.

В «Истории Октябрьской революции», написанной Троцким, утверждается, что вопрос о немецком золоте, якобы полученном большевиками, принадлежит к числу тех мифов, которыми богаты истории всех революций - всегда «низвергнутый класс склонен искать причину всех своих бедствий… в иностранных агентах и эмиссарах». Сделав соответственный исторический экскурс, автор заключает об «Истории революции» Милюкова: «золотым немецким ключом либеральный историк открывает все загадки, о которые он расшибся, как политик»…. «Я не думал, - восклицает тот же Троцкий в своей автобиографии («Моя жизнь») - что мне придется возвращаться к этой теме. Но нашелся писатель, который поднял и поддержал старую клевету в 1928 году. Имя писателя Керенский, который через 11 лет говорил в «Современных Записках», что «измена Ленина, совершенная в момент высшего напряжения войны, является безупречно установленным, неоспоримым историческим фактом».

Едва ли кто усомнится в первостепенной важности выяснения вопроса о немецкой субсидии для истории подготовки октябрьского большевистского переворота 1917 года. «Если бы у Ленина - утверждает Керенский с несомненным преувеличением - не было бы опоры во всей материальной и технической мощи немецкого аппарата пропаганды и немецкого шпионажа, ему никогда не удалось бы разрушение России». «Утешительная историческая философия - старается съязвить Троцкий - согласно которой жизнь великой страны представляет собой игрушку в руках шпионской организации сыска». Да, закономерность исторических явлений очень относительна, и «его величество случай» при соприкосновении с конкретной действительностью может дать самый неожиданный социологический узор. К числу таких случайностей, конечно, надо отнести и наличие «золотого немецкого ключа». И как-то странно, что до сих пор никто не постарается по существу проанализировать имеющийся материал и проверить те данные, которые так или иначе могут ответить на вопрос: миф или действительность роль немецких денег в истории русской революции.

К сожалению, общие утверждения, которыми переполнены публицистические выступления политических противников большевиков, не исключая и настойчивых, шумных иногда, изобличений в течение ряда лет со стороны знаменитого Бурцева, до некоторой степени дают возможность более или менее безнаказанно разыгрывать в высоких тонах негодования рапсодии на темы о легендарном «золотом немецком ключе». Русское антибольшевистское общественное мнение до сих пор, например, стоит в недоумении перед загадкой: насколько подлинны сенсационные так называемые американские документы о немецко-большевистском альянсе, опубликованные в 1918 году. Единственный анализ этих документов в русской литературе - очень краткий и поверхностный (в примечании) - можно найти только в тексте Милюкова, причем историк не дает, в сущности, никакого критерия для суждения о подлинности документов и скорее своим авторитетом освящает даже безусловную фальсификацию. Но еще более удивительно то, что подделку в этих документах не постарались выявить сами большевики, казалось бы наиболее заинтересованные в изобличении противников.

Что же здесь правда, а что ложь? Как разобраться в этом человеку, не являющемуся профессиональным историком? Многие авторы, затрагивающие данную тему, отмечают, что серьезнейшая работа создателя научной школы историков русских революций и Гражданской войны профессора Г.Л.Соболева, и весьма немногие другие профессионально честные публикации на эту тему, теряются в море клеветнических поделок, издаваемых огромными тиражами, которыми уставлены полки книжных магазинов.

Февральская революция вдохновила немцев, оказавшихся в безвыходном положении в условиях затяжной войны. Возникла реальная возможность выхода из войны России и после этого - решительной победы на Западе. Связанные с этой идеей различные трактовки последующих событий нашли отражение и в немецких публикациях на эту тему.

Начальник штаба Восточного фронта генерал Макс Гоффман впоследствии вспоминал: «Разложение, внесенное в русскую армию революцией, мы естественно стремились усилить средствами пропаганды. В тылу кому-то, поддержавшему сношения с жившими в Швейцарии в ссылке русскими, пришла в голову мысль использовать некоторых из этих русских, чтобы еще скорее уничтожить дух русской армии и отравить ее ядом». По словам Гоффмана, через депутата Эрцбергера этот «кто-то» сделал соответственное предложение министерству иностранных дел; в результате появился знаменитый «пломбированный вагон», доставивший Ленина и других эмигрантов через Германию в Россию. Вскоре (1921 год) в печати всплыло и имя инициатора: это был Александр Парвус, действовавший через германского посла в Копенгагене Ульриха фон Брокдорф-Ранцау.

Пройдем мимо февральского переворота. История февральских дней не приоткроет крышки таинственного ларца с немецким золотом. Правда, русский посол в Швеции Неклюдов рассказал в своих воспоминаниях о знаменательной беседе, которую он имел в середине января 1917 года в Стокгольме с болгарским посланником в Берлине Ризовым, пытавшимся нащупать у него почву для заключения сепаратного мира.

Встретив холодный прием, Ризов предостерегающе предупредил своего собеседника: «через месяц или, самое позднее через полтора, произойдут события, после которых уверен, что с русской стороны будут более склонны к разговорам». «Предсказание русской революции» - так озаглавлен этот отрывок воспоминаний Неклюдова. Таких предсказаний было немало накануне февральских событий - слишком очевидно было, что Россия каким - то роком влеклась к катастрофе.

Трудно сказать, намекал ли Ризов на какой-нибудь определенный план извне или передавал только широко распространенную в России молву, отчасти связанную с туманными разговорами о дворцовом перевороте, который должен был произойти «перед Пасхой» - так, по крайней мере, записал почти в те же дни в своем дневнике петербургский посол Англии, оговорив, что сведения он получил из «серьезных источников» (Мельгунов С.П. «Немецкий ключ большевиков». Нью-Йорк, 1989, с. 92).

С.П.Мельгунов отмечает, что можно не сомневаться, что немецкая агентура должна была ловить рыбу в мутной воде, провоцировать всякого рода беспорядки и разжигать народные страсти в момент начавшейся смуты. И, конечно, не без основания. Алексеев в телеграмме 28 февраля писал, что «быть может, немцы проявили «довольно деятельное участие в подготовке мятежа».

Подобная догадка, однако, чрезвычайно далека от того, чтобы признать февральскую революцию продуктом немецкого творчества, как склонны к тому некоторые из современников-мемуаристов. «Внутреннее» убеждение Гучкова, Родзянко и многих других, что из Германии к нам в заготовленном виде завезены были даже документы образца довольно знаменитого «приказа № I», не принадлежит к числу серьезных исторических аргументов, заслуживающих рассмотрения по существу.

По словам самого Ранцау, идея Парвуса нашла поддержку в МИДе у барона фон Мальцана и у депутата Эрцбергера, руководителя военной пропаганды; они убедили канцлера Бетман-Гольвега, который и предложил Ставке (то есть кайзеру, Гинденбургу и Людендорфу) осуществить «гениальный маневр» (там же, с.89).

Эти сведения нашли подтверждение с опубликованием документов германского МИДа. В книге Земана-Шарлау приводится обширный отчёт Брокдорфа-Ранцау о встрече с Парвусом, который поставил вопрос о необходимости приведения России в состояние анархии путем поддержки наиболее радикальных элементов.

В меморандуме, составленном по итогам бесед с Парвусом, Брокдорф-Ранцау писал: "я считаю, что, с нашей точки зрения, предпочтительнее поддержать экстремистов, так как именно это быстрее всего приведет к определенным результатам. Со всей вероятностью, месяца через три можно рассчитывать на то, что дезинтеграция достигнет стадии, когда мы сможем сломить Россию военной силой» (Соболев Г.Л. Тайна «немецкого золота». СПб.). В результате канцлер уполномочил германского посла в Берне фон Ромберга войти в контакт с русскими эмигрантами и предложить им проезд в Россию через Германию".

Забегая вперед, также отметим, что через четыре года после большевистского переворота, знаменитый немецкий социал-демократ Эдуард Бернштейн опубликовал в берлинской газете «Форвертс», центральном органе германской социал-демократии, большую статью, в который утверждал, что он может с документами в руках доказать, что после падения царского режима в России Ленин получил от правительства Вильгельма II огромную сумму денег на ведение большевистской пропаганды в русской армии и на организацию большевистского восстания.

«Известно, -- писал Бернштейн, -- и лишь недавно это вновь было подтверждено генералом Гофманом (бывшим тогда главнокомандующим германской армии на Восточном фронте и ведшим в 1918 году переговоры о мире с большевиками в Брест-Литовске), что это правительство кайзера, по требованию немецкого генерального штаба, разрешило Ленину и его товарищам проезд через Германию в Россию в запломбированных салон-вагонах с тем, чтобы они могли в России вести свою агитацию. Могут быть различные мнения насчет того, допустимо ли для социалистов принимать такие услуги из таких источников».
Парвус (псевдоним А.Л.Гельфанда, бывшего немецкого социал-демократа, за неблаговидные финансовые поступки отстраненного от работы в германской социал-демократической партии) действительно был агентом германского Генерального Штаба еще до первой мировой войны (с 1911 г.), когда он работал в Турции.

Ведущий научный сотрудник экономического факультета МГУ А.И.Колганов отмечает, что Парвус действительно, действуя сначала через германского посла в Константинополе, а затем через сотрудника имперской канцелярии Рицлера, посланного для встречи с ним в Берлине, представил в марте 1915 года документ под заглавием «Подготовка массовой политической забастовки в России» (обычно называемый «Меморандум д-ра Гельфанда»). В этом документе Парвус предлагал подорвать Россию изнутри, опираясь на национал-сепаратистские и радикальные социалистические организации, в том числе социал-демократов (большевиков), занявших антивоенные позиции. Парвус действительно имел коммерческие связи с некоторыми российскими социал-демократами, работавшими в представительстве его торговой фирмы в Дании (в частности, с Я.С.Ганецким). Ганецкий, действительно, имел контакты с Лениным... А вот дальше факты заканчиваются, и начинаются чистые домыслы (Колганов. А.И. Миф о «немецком золоте»,- СПб. М., 2002, с.5).

Тем временем Парвус попытался действовать независимо от МИДа: получив согласие Генерального Штаба, он попросил Я.Ганецкого известить Ленина, что поездка его и Зиновьева через Германию организована, но не говорить ему ясно из какого источника оказана помощь. В Цюрих был послан агент Георг Скларц для организации поездки, причем в первую очередь предполагалась переправка Ленина и Зиновьева. Однако с первой попытки дело сорвалось: Ленин боялся быть скомпрометированным. 24 марта Зиновьев по просьбе Ленина телеграфирует Ганецкому: «Письмо отправлено. Дядя (то есть Ленин) хочет знать более подробно. Официальный проезд только нескольких лиц - неприемлемо». Когда же Скларц, вдобавок к предложению переправки только Ленина и Зиновьева, предложил покрыть их расходы, Ленин прервал переговоры (Шуб Д. «Ленин и Вильгельм II. Новое о германо-большевистском заговоре», «Новый журнал», Кн. 57. Нью-Йорк. 1959, с.189).

28 марта Ленин телеграфировал Ганецкому: «Берлинское разрешение для меня неприемлемо. Или швейцарское правительство получит вагон до Копенгагена, или русское договорится об обмене всех эмигрантов на интернированных немцев», после чего просит его узнать возможность проезда через Англию. 30 марта Ленин пишет Ганецкому: «Пользоваться услугами людей, имеющих касательство к издателю „Колокола“ (то есть Парвусу) я, конечно, не могу» - и вновь предлагает план обмена эмигрантов на интернированных немцев (план этот принадлежал Мартову).

И еще одно весьма существенное обстоятельство, которое отмечает в своей работе А.И.Колганов, - Ленин в открытой печати прямо объявил Парвуса немецким агентом, действующим в интересах германского генерального штаба. От участия во всякого рода «мирных конференциях», за которыми маячила тень германского правительства, большевики категорически отказывались. И, наконец, внутри самой Германии большевики поддерживали группу «Спартак» во главе с Карлом Либкнехтом и Розой Люксембург, которые выступали за поражение своего правительства (как и большевики - своего). Не правда ли, странное поведение для «германских агентов», «направляемых» Парвусом?

31 марта Ленин от имени партии телеграфирует швейцарскому социал-демократу Роберту Гримму, первоначально выступавшему посредником в переговорах между большевиками и немцами (затем эту роль стал играть Фридрих Платтен) решение «безоговорочно принять» предложение о проезде через Германию и «тотчас же организовать эту поездку».

На следующий день он требует от Ганецкого денег на поездку: «Выделите две тысячи, лучше три тысячи крон для нашей поездки. Намереваемся выехать в среду (4 апреля) минимум 10 человек». Вскоре он пишет Инессе Арманд: «Денег на поездку у нас больше, чем я думал, человек на 10-12 хватит, ибо нам здорово (подчеркнуто в тексте) помогли товарищи в Стокгольме».

Немецкий левый социал-демократ Пауль Леви уверял, что именно он оказался посредствующим звеном между Лениным и посольством в Берне (и МИДом Германии), одинаково горячо стремившимися первый - попасть в Россию, вторые - переправить его туда; когда Леви связал Ленина с послом, Ленин сел составлять условия проезда - и они безоговорочно принимались.

Заинтересованность немцев была так велика, что кайзер лично распорядился дать Ленину копии официальных германских документов (как материал для пропаганды о «миролюбии» Германии), а Генеральный штаб был готов пропустить «пломбированный вагон» непосредственно через фронт, если Швеция откажется принять российских революционеров.

1. Я, Фриц Платтен, сопровождаю за полной своей ответственностью и на свой риск вагон с политическими эмигрантами и беженцами, возвращающимися через Германию в Россию.
2. Сношения с германскими властями и чиновниками ведутся исключительно и только Платтеном. Без его разрешения никто не вправе входить в вагон.
3. За вагоном признается право экстерриториальности. Ни при въезде в Германию, ни при выезде из нее никакого контроля паспортов или пассажиров не должно производиться.
4. Пассажиры будут приняты в вагон независимо от их взглядов и отношений к вопросу о войне или мире.
5. Платтен берет на себя снабжение пассажиров железнодорожными билетами по ценам нормального тарифа.
6. По возможности, проезд должен быть совершен без перерыва. Никто не должен ни по собственному желанию, ни по приказу покидать вагона. Никаких задержек в пути не должно быть без технической к тому необходимости.
7. Разрешение на проезд дается на основе обмена на германских или австрийских военнопленных или интернированных в России.
8. Посредник и пассажиры принимают на себя обязательство персонально и в частном порядке добиваться у рабочего класса выполнения пункта 7-го.
9. Наивозможно скорое совершение переезда от Швейцарской границы к Шведской, насколько это технически выполнимо.

Берн -- Цюрих. 4 апреля (22марта. Н. М.) 1917 г.
(Подписал) Фриц Платен, Секретарь Швейцарской Социалистической Партии.

Относительно пункта 7 профессор С.Г.Пушкарев полагает, что, поскольку большевики не входили в правительство и не имели большинства в Советах, а потому реально произвести обмен пленными не могли бы - пункт не имел никакого практического смысла и был включен Лениным исключительно для того, чтобы у стороннего читателя сложилось впечатление равноправного характера договора.

В 15 часов 10 минут 9 апреля, 32 российских эмигранта выехали из Цюриха до пограничной германской станции Готтмадинген. Там они пересели в запломбированный вагон, сопровождавшийся двумя офицерами германского Генерального Штаба - капитаном фон Планец и лейтенантом фон Бурингом, который бегло говорил по-русски, купе которых находилось у единственной незапломбированной двери (из четырех дверей вагона пломбы были на трех).

Между тем, многие участники поездки (например, Карл Радек), отрицали факт пломбирования вагонов и утверждали, что имело место лишь обещание не покидать вагонов. Этот вагон по возможности безостановочно проследовал через Германию до станции Засниц, где эмигранты пересели на пароход «Королева Виктория» и переправились в Швецию. В Мальмё их встретил Ганецкий, в сопровождении которого Ленин 13 апреля прибыл в Стокгольм. В пути Ленин старался воздерживаться от всяких компрометирующих контактов; в Стокгольме он категорически отказался от встречи с Парвусом, потребовав засвидетельствовать это трех лиц, включая Карла Радека.

Повидимому, первый опубликованный список пассажиров «пломбированного вагона», приехавших с Лениным, был составлен Бурцевым, который, кстати, уточнил, что это только один поезд, за ним последовали еще два с сотнями пассажиров. (Бурцев Владимир Львович (1862-1942) русский публицист и издатель, дворянин Уфимской губернии, заслуживший за свои разоблачения секретных сотрудников Департамента полиции («провокаторов царской охранки») прозвище «Шерлока Холмса русской революции»).

Другой список пассажиров «пломбированного вагона» был составлен шведской полицией и приведен в книге Ханса Бьёркегрена «Скандинавский транзит». В основном он совпадает со списком Бурцева, но имеются незначительные различия. Некоторые авторы отмечают, что список № 2, опубликованный в русском переводе книги Э. Саттона "Уолл-стрит и большевицкая революция" ("Русская идея", 1998) в несколько раз больше. Многие из них станут членами партийного руководства, советского правительства, карательных органов, послами, видными литераторами и т.п.

Некоторые из них по сей день покоятся у Кремлевской стены; их имена, как и многих других (Эренбурга, Усиевича и др.) все еще украшают улицы русских городов, есть и станция метро "Войковская". Некоторые фамилии (их потомков) вновь замелькали с 1990-х годов в среде предпринимательской, культурной, журналистской и прочей демократической общественности (Абрамович, Вайнберг, Лернер, Маневич, Миллер, Окуджава, Рейн, Шейнис, Шмулевич, Шустер и др.).

Ленин прибыл в Петроград вечером 3 (16) апреля. Сразу же по приезде в Россию, 4 (17) апреля, Ленин выступил со знаменитыми «Апрельскими тезисами», направленными против Временного правительства и «революционного оборончества». В первом же тезисе война со стороны «Львова и Ко» характеризовалась как по-прежнему «грабительская, империалистическая»; содержались призывы «организации широкой пропаганды этого взгляда в действующей армии» и братаний. Далее содержалось требование перехода власти в руки Советов…». На следующий день после публикации «Тезисов» в «Правде», 21 апреля (н.ст.), один из руководителей немецкой разведки в Стокгольме телеграфировал в МИД в Берлин: «Приезд Ленина в Россию успешен. Он работает совершенно так, как мы этого хотели бы».

Впоследствии генерал Людендорф писал в своих мемуарах: «Посылая Ленина в Россию, наше правительство принимало на себя особую ответственность. С военной точки зрения это предприятие было оправдано, Россию нужно было повалить».

Противники версии «немецкого золота» указывают, что Парвус не был посредником в переговорах о проезде российских политэмигрантов через Германию, а от посредничества Карла Моора и Роберта Гримма, вполне обоснованно заподозрив в них германских агентов, эмигранты отказались, предоставив вести переговоры Фрицу Платтену.

Когда же в Стокгольме Парвус попытался встретиться с Лениным, тот категорически отказался от этой встречи. Далее, по их мнению, никаких политических обязательств, эмигранты, проехавшие через Германию, на себя не брали, кроме одного - агитировать за пропуск в Германию из России интернированных немцев, равных по числу проехавших через Германию эмигрантов. И инициатива в этом обязательстве исходила от самих политэмигрантов, поскольку Ленин категорически отказывался ехать просто по разрешению берлинского правительства.

Кроме того, сторонники версии «немецкого золота» тенденциозно нарушают хронологию событий, на что указывает, в частности Г.Л.Соболев: забывают упомянуть о том, что идея проезда через Германию принадлежала не Парвусу, а никак не связанному с ним Ю.О.Мартову, была высказана на собрании эмигрантов в Берне в то время, когда Парвус ещё не задумывался над тем, какие проблемы с получением виз в странах Антанты могут возникнуть у противников войны.
Забывают упомянуть и о том, что эмигранты с самого начала стремились действовать открыто и легально - через Комитет по возвращению русских эмигрантов на родину (этот Комитет вообще в их писаниях не упоминается).

Другой довод - традиционное замалчивание того факта, что пломбированный вагон, в котором вернулась в Россию группа эмигрантов во главе с Лениным, не был единственным. В мае 1917 года тем же путем проследовала значительная группа меньшевиков-интернационалистов, эсеров и нефракционных социал-демократов во главе с Ю.О.Мартовым, П.Б.Аксельродом и А. В.Луначарским (в то время еще не большевиком).

Отказавшись поначалу ехать через Германию без официального разрешения Петроградского совета, застрявшие в Швейцарии эмигранты, в итоге выбрали именно этот путь - за отсутствием иного, как утверждали они в своих телеграммах Петроградскому совету. В переписке эмигрантов фигурирует «черный список наиболее опасных пацифистов», для которых проезд через страны Антанты был закрыт. В нем значились не только соредакторы большевистского «Социал-демократа», Ленин и Зиновьев, но и все бывшие сотрудники газеты «Наше слово» во главе с Троцким и Мартовым.

Первым «звонком» стал арест в Великобритании умеренного интернационалиста, лидера эсеров В.М.Чернова, - собственно, его арест и побудил Ленина принять предложение Платтена. По требованию Временного правительства, на которое давил Петроградский совет, Чернов был скоро освобожден; но за этим последовал арест Л.Д.Троцкого английскими властями в Канаде, и ждать его освобождения из английского концлагеря пришлось намного дольше (Суханов Н.Н., «Записки о революции», Т. 2, кн. 3-4. М. : 1991, с. 18).

Не добившись официального разрешения Петроградского совета и ощутив себя «нежелательными эмигрантами», меньшевики и эсеры проехали через Германию без разрешения. И если сам факт проезда призван доказать связь большевиков с германским Генштабом, то придется признать, что с ним были также связаны и меньшевики, и эсеры.

Замалчивается сторонниками антибольшевистской версии и тот факт, что на обвинения в связях с германским Генштабом в годы Первой мировой войны в России вообще не скупились и никаких доказательств этого у них не требовали.
«Шпиономания» началась с первыми поражениями русской армии, и до 1917 года обвинения в измене и тайных сношениях с Германией предъявлялись членам императорской семьи и военным министрам; в 1917 году сторонники лозунга «война до победного конца» предъявляли подобные обвинения практически всем противникам войны (бывшим таковыми с самого 1914 года). В частности, Н.Н.Суханов, который всю войну провел в России, свидетельствует: «Кроме большевиков, все сколько-нибудь заметные интернационалисты прямо или косвенно обвинялись в услужении немцам или в сношениях с германскими властями. Я лично стал излюбленной мишенью „Речи“ и назывался ею не иначе как с эпитетом: „любезный немецкому сердцу“ или „столь высоко ценимый немцами“. Чуть ли не ежедневно я стал получать письма из столицы, провинции и армии; в одних были увещания или издевательства, в других - вопросы: „Говори, сколько взял? “

Жертвой таких обвинений в июле 1917 года стал, например, Виктор Чернов, хотя в Россию он возвращался из Франции, соответственно, через союзную Англию. Когда же возмущенное руководство партии эсеров предъявило Временному правительству ультиматум, все обвинения тотчас оказались «недоразумением». В шпионаже в пользу Германии был обвинен и Л.Д.Троцкий, причем единственным аргументом обвинения оказался его проезд через Германию, -- хотя ни для кого не было секретом, что Троцкий в Россию возвращался из США и через Германию проехать не мог при всем желании (в итоге Керенскому пришлось отстранить от дела оскандалившегося прокурора).

Наконец, противники этой версии обвиняют своих оппонентов в некритическом и откровенно одностороннем подборе источников; в частности, сомнения вызывает и подлинность документов, которыми оперируют сторонники версии «немецкого золота», поскольку многие из них уже давно признаны фальшивками (Колганов. А.И. Миф о «немецком золоте»,- СПб. М., 2002, с.12). Что же касается знаменитых документов МИДа Германии, то, охотно ссылаясь на них, сторонники версии «немецкого финансирования» весьма неохотно их цитируют, поскольку никаких прямых доказательств финансирования большевиков в них нет.

Проезд революционеров по железной дороге через Германию наиболее известен, так как этим путём следовал Ленин. Однако большинство политических эмигрантов приехало в Россию после Февральской революции не через вражескую Германию, а через союзную Англию, откуда они отправлялись в Россию в Архангельск, Мурманск или через Скандинавию морским путём. Из-за опасности от немецких подводных лодок, пассажирские пароходы следовали под охраной военных кораблей британского флота и все перевозки контролировались британским адмиралтейством, министерством иностранных дел и полицией.

Большую помощь приезду революционеров в Россию оказывало само Временное правительство. По его приказу российским посольствам были выделены крупные денежные фонды для оплаты проезда и других нужд эмигрантов. Однако великодушие правительства распространялось лишь на сторонников «войны до победного конца»; по поводу противников войны Н.Н.Суханов пишет: «С начала революции прошло уже больше двух месяцев, но путь в Россию „нежелательным эмигрантам“ был всё ещё закрыт. Наша революционная власть до сих пор не умела и не хотела добиться свободного пропуска русских интернационалистов через союзные страны».

Наивным февралистским обещаниям "бурного развития России после сбрасывания оков царизма" не было суждено осуществиться. В том числе и из-за внутренних русских особенностей.

Развитие событий между Февралем и Октябрем показало, что демократическое правительство было нежизнеспособно. Лишившись легитимной верховной власти, русская армия разлагалась, крестьяне разбегались по домам делить землю, ширилась анархия ("если нет Царя - всё позволено") и уже к октябрю "власть лежала на улице". Большевики подхватили ее без особых усилий и жертв.

В августе 1917 года, то есть еще при Временном правительстве, банкиры Уолл-стрита из собственного кармана (а не в счёт немецкого кредита) выдали большевикам первый миллион долларов и послали в Россию группу своих представителей, которая была замаскирована под "гуманитарную миссию Красного Креста".

Их планы и действия в первые годы советской власти имеют немалую аналогию с нынешними действиями тех же иностранных сил в России, начиная с эпохи "перестройки".